Трудность заключается в том, что, по-видимому, аутизм кодируется не одним, а несколькими генами.
Некоторые аутисты интересны еще и потому, что именно они, как правило, проявляют способности, которые потом эксплуатируют в своих фильмах голливудские продюсеры.
Рэймонд Бэб-бит («Человек дождя») помнил, кто в каком году выиграл матч на первенство НБА, знал наизусть телефонный справочник и мог в уме вычислять квадратный корень любого четырехзначного числа. Маленький Саймон («Восход Меркурия») с первого раза расколол код секретной системы ФБР. И это отнюдь не преувеличение. Судя по американской статистике (в России она просто не ведется), 10% аутистов обладают выдающимися способностями, в то время как среди обычных людей этот показатель меньше 1%. Никакого внятного объяснения этот феномен не имеет. Никто не знает, почему одни аутисты запросто решают сложнейшие математические задачи, в мельчайших подробностях копируют Рембрандта и могут с первого раза по памяти воспроизвести фугу Баха, а другие (согласно статистике, около 50%) по развитию ничем не отличаются от олигофренов.
Математические способности встречаются у аутистов наиболее часто и проявляются в достаточно раннем возрасте.
С маниакальной педантичностью взрослые аутисты расставляют вещи в своем доме. Они точно знают, где что лежит, и не дай бог кому-нибудь нарушить сложившийся порядок. Именно страсть к упорядочиванию роднит аутистов с компьютером. В бездушной машине, общающейся при помощи знаков, многие больные видят единственное близкое существо.
Способности к программированию у аутистов налицо. Аутисту ничего не стоит за два дня выучить новый компьютерный язык, просто изучая исходные коды. Профессиональные программисты не дадут соврать: задача для обычного человека практически неразрешимая. Именно поэтому аутистов в последнее время стали широко использовать в компьютерных фирмах. Например, у Билла Гейтса, по разным данным, от 5 до 20% персонала — аутисты.